Как святые общались с преступниками?
Святость всегда привлекала к себе не только людей ищущих утешения, но и людей преступных, лишенных человеческого лица, ищущих легкой наживы. Такая своеобразная встреча противоположностей иногда заканчивалась чудом: преступник, сталкиваясь со святостью, каялся, радикально меняя свою жизнь, но бывало и так, что ожесточенное сердце оставалось глухим, еще более погружаясь в свое беззаконие. Публикуем 5 историй о том, как святые общались с преступниками...
Священник Сергей Круглов: Боль – признак того, что вы живы
Мне не раз приходилось общаться с людьми, пережившими смерть. Как оно обычно называется – «клиническая смерть»…. То есть с людьми, побывавшими достаточно далеко за порогом отделения души от тела – и вернувшимися назад, иногда усилиями реаниматологов, иногда – просьбами и молитвами близких, иногда – неведомым Промыслом.
Митрополит Лимасольский Афанасий: Сила, которую дает нам Христос
Часто мы чувствуем себя утомленными и тогда понимаем, что означают слова Христа: «Приидите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11: 28). Кто молод, тот не может ощутить этого в полной мере: на нем нет бремени, но зрелый человек и сам прошел через множество опасностей, скорбей, трудностей, неудач, бессилия, и годы добавляют ему усталости, тягот, и ему хочется отдохнуть, переложить куда-нибудь этот груз, освободиться от него.
Священник Александр Дьяченко: «Тот, который лежит рядом»
Нашей Полинке было десять месяцев. Она во всю ползала, но ходить пока ещё не ходила. В тот день бабушка с Полиной мамой, захватив с собой старшую внучку, собрались ехать за покупками, а спящую в коляске на лоджии Полинку оставили на моё попечение.
Архимандрит Григорий (Зумис): «Чужой и пришелец»
Старец Евдоким был прекрасным человеком, память о котором не должна затеряться во времени. «О возвещавшем тебе слово Божие, — говорится в Апостольских постановлениях, — помни и днём и ночью». Он был высокого роста, тело его было иссохшим от лишений и трудов. Лицо у него было покрыто загаром, а руки были мозолистыми и твёрдыми, как посох, на который он опирался. Он казался скорее спустившимся с гор крестьянином или моряком, чем игуменом царского монастыря. Незаметно для всех нёс он свой крест страданий и испытаний. Лишь по замутнённому взгляду можно было догадаться о его душевной боли. Он смирялся настолько безропотно, что воспоминания об этом до сих пор разрывают мне сердце.