Патриарх Кирилл: Пример Иуды предостерегает нас от легкомысленного отношения к духовной жизни
Из проповеди святейшего Патриара Московского и всея Руси Кирилла 1 мая 2013 года, в канун Великого четверга, на вечернем богослужении в Заиконоспасском мужском монастыре в Москве.
Сегодняшний день — это особый день, когда Церковь вспоминает события, связанные с Тайной Вечерей. Тайной Вечере посвящен четверг Страстной седмицы, но поскольку, по принятому обычаю, мы совершаем утреню вечером, то сейчас, отслужив утреню Великого четверга, мы уже вошли в атмосферу следующего дня и вспомнили события, которые произошли в четверг в преддверии страданий и Воскресения Спасителя. То был день последней вечери — Тайной Вечери Господа с учениками, когда было установлено Святейшее Таинство Евхаристии, когда Господь, подавая пример смирения, умыл ноги ученикам, когда Иуда окончательно решился пойти и предать своего Учителя.
Дивные богослужебные тексты утрени Великого четверга, которые мы сегодня слышали, вводят нас в эту поразительно напряженную атмосферу последней вечери Спасителя с учениками. Особенный акцент делается на предательстве Иуды. Вот как одна из стихир, которую мы сегодня слышали, именует предателя и одновременно апостола: «Иуда раб и льстец, ученик и наветник, друг и диавол». Действительно, одно и другое соединились в одной личности. Ведь он был учеником, он был свидетелем всего того, что Господь совершал. Он видел чудеса, которые не могли не потрясти сознание любого наблюдателя. Он слышал слова, исполненные величайшей силы. Он не мог не видеть силу Божию в том, что совершал его Учитель. И одновременно он оказался наветником и предателем. Он был другом и одновременно, как говорит стихира, диаволом. Возможно ли это? Может быть, это какой-то необычный гротеск? Может быть, образ Иуды — внечеловеческий образ? Отнюдь нет.
Все, что соединилось в Иуде, с еще большей легкостью уживается в нас самих. В какое-то мгновение мы являемся учениками Спасителя, людьми глубокой веры. Мы чувствуем присутствие Божией благодати в сердце. Мы умиляемся от слов молитвы. Мы принимаем на себя обязательства изменить свою жизнь, изменить свои мысли, преодолеть свои грехи. Но проходит совсем немного времени, и вера, молитва уходят куда-то на периферию жизни. Мы остаемся один на один со своими страстями, и порой отдаем душу этим страстям, полностью порабощая себя диаволу, становясь одновременно учеником и наветником. Ибо, живя не по-христиански, мы словно клевещем и на Господа, и на христианскую веру. Если кто-то, показывая на нас пальцем, говорит: «И это христиане?», значит через нас в мир пришел соблазн.
Перечень противоречий, которые гнездятся в душе человека, можно продолжать. Важно отчетливо понимать, что эта двойственность, эта дихотомия, это раздвоение опасны для жизни — и не только для жизни вечной, но и для земной жизни. Когда происходит раздвоение в сознании, врачи диагностируют болезнь, называя ее шизофренией. Человек с раздвоенным сознанием не может быть дееспособным, на него нельзя положиться, он не может выполнять ответственные работы, он ненадежен в дружбе, ненадежен в семейной жизни. Иногда это раздвоение сопровождается таким колоссальным напряжением, что человек превращается в социально опасную личность, — тогда его изолируют и лечат.
Все то, о чем мы размышляем в связи с личностью Иуды, также есть некая дихотомия, раздвоение. Но это уже духовная шизофрения — она не проявляет себя, как физическая болезнь. Человек, который несомненно является социально опасной личностью, видимой угрозы ни для кого не представляет, потому что умеет скрывать эту двойственность, как ее пытался скрыть Иуда — лестью, предательским поцелуем. Однако от этого духовное раздвоение человека не перестает быть опасным. Очень многие скорби в жизни проистекают от лицемерия, лжи, от всего, в чем выражается это двоедушие, раздвоение человеческой личности.
Для того чтобы бороться с этими грехами — а в той или иной степени все сказанное касается каждого человека, — нужно помнить, что есть или, по крайней мере, должны быть пределы греху. Есть грех, который прощается. Но есть грехи, которые Бог не прощает. Таким грехом является хула на Духа Святого (см. Мф. 12:31). Когда мы в своем лицемерии, в своем двоедушии, в своем внутреннем раздвоении, еще сохраняя где-то остатки веры, одновременно в силу разного рода обстоятельств — из-за трусости, малодушия, лицемерия, желания сделать карьеру — становимся противниками Богу, тогда преступается черта. Чтобы это не произошло, наша внутренняя духовная жизнь должна быть под строгим контролем.
Собственно говоря, выработка неких навыков такого контроля — это и есть главное дело, которое мы должны совершать во время поста. Пост и дается нам для того, чтобы мы научились анализировать свои мысли, скрытые желания, подвергать глубокому и искреннему анализу происходящее в нашей душе.
Если же человек перестает наблюдать за самим собой, он с легкостью делает ошибки, совершает грехи и преступления. Ведь Иуда не родился предателем. Наверное, вступая в круг ближайших учеников Спасителя, он и представить себе не мог, что предаст Господа. Но где-то произошел внутренний надлом, где-то были сняты внутренние тормоза, так что финалом стали предательство Божественного Учителя и самоубийство.
Пример Иуды должен предостеречь каждого из нас от легкомысленного отношения к своей внутренней духовной жизни. Он должен призвать всех нас к духовному бодрствованию.
Источник: "Православие и Мир"